К вопросу о свободных 90-х, по которым так скучают зумеры.

Дело было в середине 90-х, на которую в провинции пришелся пик хтони. В школах почти не топили, все дети сидели в двойных свитерах, подштанниках и зимних сапогах на шерстяной носок.

Почти у всех родителям задерживали зарплаты по полгода и многим буквально было нечего есть, кроме круп и макаронов.

По телевизору показывали какие-то бесконечные отрезания голов и теракты.

В школьной столовой давали котлеты из бумаги и свекольный салат Фибоначи: новый салат + перемешанные остатки собранного со столов несъеденного вчерашнего салата.

И вот на фоне этого макаронного быта мы проходили Обломова, который в одной из глав выпендривается на именинах:

Вместо жирной кулебяки явились начиненные воздухом пирожки; перед супом подали устриц; цыплята в папильотках, с трюфелями, сладкие мяса, тончайшая зелень, английский суп. Посередине стола красовался громадный ананас, и кругом лежали персики, вишни, абрикосы.

Когда при разборе произведения процитировали эту сцену, весь класс резко погрустнел, кто-то даже вздохнул. Училка, девочка лет 27, все поняла и сказала примерно такое: «Сейчас кажется, что все непросто, но придет время, когда шоколад вы будете есть когда угодно, а не по праздникам раз в год».

Тогда в такое никто поверить не смог, ведь казалось, что весь этот постсоветский быт навсегда.

Вспоминать это время можно только с радостью о том, что оно прошло.